03:52 

Mhi draar digur. Mhi draar tok'kad. Nu’mhi kar’taylir miit “ne’ret’yc.
Название: цикл "Долгое возвращение", часть 1 "Приход сумерек", рассказ 1 "Эльмекийская Академия" (часть 2 из 3)
Автор: Инэйлэ
Рейтинг: PG (заумь)
Размер: 154 кБ
Статус: этот рассказ закончен, цикл в работе.
Дисклаймер: мир Алой Сферы и его население принадлежат Кандзаке-сама, стихи в эпиграфах принадлежат их авторам, а всё остальное (весь творящийся беспредел) - моё)))
От автора: ловля роялей в кустах, очепяток и обшибок приветствуется.


Лина не захотела вновь бродить по саду и аристократическим кварталам - больше всего ей хотелось поскорее попасть домой... Нет. Не больше всего. Домой ей хотелось, и сильно. Но больше всего ей хотелось почувствовать на лице ветер.
На землю она спустилась далеко за пределами аристократических кварталов, в небольшом тёмном закоулке. Небольшая, но весьма толстая кошка с мявом шарахнулась из-под ног волшебницы, когда та выходила на улицу, освещённую огнями магических фонарей. До дома оставалось ещё пара кварталов, и Лина решила пройти их пешком, чтобы немного привести мысли в порядок.
Волшебница неторопливо шла по мощёной серыми каменными плитами улице, а мысли её неслись с бешеной скоростью. Первое, самое очевидное – надо готовиться к спешному отъезду. Неизвестно, сколько отпущено Императору, лучше начать готовиться к наихудшему варианту. Отправить Алекса в какую-нибудь близлежащую деревеньку купить лошадей – верхом у них будет больше шансов уйти. Второе – переговорить с Эльной. Завтра выходной, но учитывая грядущие экзамены и особое отношение некоей Лины Инверс-Габриев к некоей Эльне ке Лаальне, то подозрений не у кого не возникнет. А ежели и возникнет – то скорее всего это случилось бы в любом случае. Итак, Эльна. Вряд ли она согласится с судьбой, уготованной ей родителями и властолюбивым братцем Эникея, она – маг до мозга костей, она поймёт и тоже будет готова уходить. Нага... вряд ли с ней что-либо случится. Предупредить её надо, а дальше пусть решает сама. Впрочем, она говорила, что после экзаменов собирается уходить, надо только рассказать ей кое-что из того, что сама сегодня узнала. А потом... Потом будь, что будет.

- Лина...
Встревоженный голос Гаури вывел волшебницу из задумчивости. Оказалось, она почти дошла до дома, и её вышли встречать.
- Лина, что случилось? Ты такая... мрачная.
Волшебница глубоко вздохнула, и со вздохом прислонилась к надёжной широкой груди.
- Много чего. Идём домой. Надо кое-что обсудить... и начинать собирать вещи.

Пламя в камине уютно потрескивало, создавая иллюзию безмятежности. Лина уселась в кресло, Гаури и Алекс устроились на медвежьей шкуре у её ног.
Молчание длилось долго, пока наконец рыжеволосая волшебница не решилась нарушить тишину и заговорила:
- Мартина была права. Морис фон Медиган решил заполучить власть. Кронпринц Дени и его сын, принц Руис, мертвы.
- Ш-шабронигдо задери... – прошипел Алекс, стукнув кулаком по полу.
Гаури пожал плечами, и после некоторого раздумья спросил:
- Это конечно, отвратительно, но... каким боком это касается нас? Почему ты так мрачна?
Лина криво усмехнулась. Давно сгинули те времена, когда дурацкие вопросы Гаури дико раздражали её – и помогали сбросить напряжение в критических ситуациях. Увы, теперь вопросы дурацкими быть отчего-то перестали. Или перестали казаться, что, похоже, не слишком влияет на положение дел.
- Влияет, и ещё как. Потому что права и Нага. Пьер – младший сын Мориса фон Медигана, его старший брат женат на чужеземке, и если сам Пьер женится на аристократке Империи с родовым деревом толщиной с баобаб, то позиции Мориса внутри страны окрепнут. Но он не женится. Эникей фон Медиган согласился с моими доводами, и дал разрешение на преждевременное изъятие Эльны из Академии, невзирая на предварительную договорённость Мориса с её родителями.
Волшебница замолчала, потёрла лицо ладонями. Вздохнула.
- Значит, так. План действий таков. Алекс – когда я скажу, отправляешься в какую-нибудь деревеньку по главному тракту по направлению к морю, и покупаешь там четырёх лошадей. Верхом нам будет быстрее. А потом едешь в городишко, откуда письмо отправлял, и ждёшь нас там.
- Понял. Сделаю.
- Дальше. Гаури, у тебя сколько долгов по сменам?
Воин почесал затылок.
- Кажется, на неделю наберётся... Где-то так приблизительно.
Лина кивнула.
- Хорошо... Тогда – договорись со сослуживцами, чтобы в любой момент тебя подменили. Главное – постарайся не вызывать подозрений...
- Ничего, - беззаботно отмахнулся тот, - я скажу что у нас с тобой ростбифный месяц!
Лина издала сложносочинённый горловой звук... и покраснела. Алекс тихонько похрюкивал в зажимающие рот собственные ладони. Волшебница несколько раз перевела взгляд с одного на другого, тихо прошипела сквозь зубы, душераздирающе вздохнула... и продолжила инструктаж.
- Завтра днём я отправляюсь переговорить с Эльной. Вы в это время пересматриваете всё в доме и прикидываете, что взять надо обязательно, а с чем можно и проститься без особых сожалений. После этого – сидим, не дёргаемся, ждём вестей от Императора. И готовимся в любой момент сорваться с места и мчаться куда подальше. То бишь – побыстрее в направлении Сейруна.
О планирующемся помимо прочего разговоре с заместителем Ректора Лина не упомянула – что-то ей подсказывало, что сведения, которые он должен ей передать, касаются сугубо вопросов магии...
- Итак?..
- Вопросов нет! – покачал головой Алекс. – Если, конечно, ты, мама, не утаила от нас ничего такого, что может впоследствии выйти нам боком.
Лина мрачно покосилась на сына и вздохнула – проницательностью его Золотая Владыка не обделила...
- Лина?.. – знающий её лучше, чем кто-либо, Гаури мгновенно ощутил перемену в её настроении и насторожился.
Волшебнице оставалось толком вздохнуть – и объясниться. Иначе ведь не отстанут. Времена, когда один-единственный грозный взгляд ДажеДры заставлял трепетать окружающих, возвращаться не торопились...
- Император помимо всего прочего попросил меня заглянуть на огонёк к заместителю Ректора, чтобы тот передал мне кое-какие бумаги. Думаю, они относятся исключительно к магии. Возможно, какие-то исследования Академии, или ещё что-либо. Не знаю я!
Последние слова Лина почти выкрикнула, сопроводив их злобным зырканьем по сторонам. Впрочем, особого эффекта это не произвело – мужчины были погружены в свои мысли, не слишком реагируя на мимические упражнения волшебницы.
- Хм... – неопределённо промычал Алекс, - мам, а ты в этом заме уверена? То есть – ты его хорошо знаешь, можно от него ждать какой-либо подлянки?
Лина одарила его мрачным взглядом.
- Во-первых – то, что я о нём знаю, можно охарактеризовать как «прям как полёт Драгон Слейва». В замы выбился, потому что хозяйственник отменный и исследователь неплохой. Политику ненавидит и держится от неё елико возможно дальше. А во-вторых – бумаги он передаст по распоряжению Императора, которому лично обязан. А в-третьих – не забывай, с кем имеешь дело. Может, за эти десять лет я и разленилась немного, но прежних навыков не утратила. Если я захочу выйти из Академии, удержать меня не смогут. Рефлексов не хватит.
Последние слова были сопровождены недоброй усмешкой. В недрах души почтенного преподавателя медленно, но верно просыпался Враг Всего Сущего.
Алекс довольно хмыкнул, Гаури пробормотал нечто напоминающее молитву во здравие рассудков окружающих. Лина посмотрела сначала на одного, потом на другого, и неожиданно для самой себя зевнула.
- И то верно, - поднялся на ноги Алекс. – Не знаю, как у вас, а у меня день начался рано и выдался весьма насыщенным. А завтрашний день обещает быть ещё веселее. Так что выношу на обсуждение предложение ложиться спать.
- Я – за! – сразу же высказался Гаури, готовый спать когда угодно и при каких угодно обстоятельствах (за исключением караульных смен сейчас и постов у ночного костра в бурном прошлом). Лина только пожала плечами и потянулась.
- Ничего не имею против. Завтра предстоит как следует побегать, так что нелишним будет отоспаться впрок.
Встав на ноги, волшебница коротким заклинанием загасила огонь в камине и направилась к лестнице вслед за Алексом. Гаури последовал за ней.

Утро встретило пробудившихся безветрием и безоблачным небом, на котором безраздельно властвовало солнце. Ночь прошла, против ожиданий, спокойно, никакие сны не нарушали покоя, и проснулись все трое в относительно хорошем настроении.
Первым проснулся всегдашняя ранняя пташка Алекс. Немного пошуровав в кухонных шкафах и подполе, он соорудил себе вполне приличный завтрак и, оставив большую часть снаряжения дома, отправился на базарную площадь пособирать курсирующие там слухи. Сделал это он по собственной инициативе, но в правильности принятого решения почти не сомневался. Привыкший путешествовать и общаться большей частью с простыми людьми, Алекс решил разузнать, сколько и какого качества информации о состоянии дел Императорского Двора проникло за пределы Дворца и особняков знающих людей.
Неожиданности начались на втором проснувшемся – им оказался всегдашний засоня Гаури. Немного поудивлявшись этому факту, он не стал утруждать себя готовкой, и отбыл в «Толстого мага», где по утрам готовили разнообразные омлеты и горячие бутерброды. После любимой таверны он направился в казармы, попутно припоминая, кто и сколько смен ему должен.
Таким образом, Лина проснулась в гордом одиночестве. Немного подивившись создавшейся ситуации, она на некоторое время засела в ванной, где вволю отмокла в горячей воде и немного привела сонные мысли в порядок. Некоторое время она решала, что же надеть. С одной стороны – визит к заместителю Ректора всё же несёт какой-то налёт официальности. С другой же – закончиться этот визит может и дракой с последующим бегством... Хотя сие и нежелательно – ведь потом надо зайти в студенческий корпус к Эльне. В итоге волшебница остановилась на простом и удобном синем платье – которое в случае чего не жаль будет экстренно укоротить. Заплетя волосы в косу, и уложив её вокруг головы, Лина сочла свой внешний вид волне удовлетворительным и спустилась на первый этаж.

А на первом этаже пахло прошлым. Лина и сама толком не поняла, почему сознание присвоило этому запаху такой странный эпитет. Пахло кофе, всего лишь навсего кофе, но почему же этот запах кажется пришедшим из далёких, сгинувших в пучине лет тревожных, опасных, страшных – но отчего-то с каждым годом всё более драгоценных лет, когда их команда была в сборе... Когда они вчетвером, впятером, вшестером – были вместе против целого мира – и побеждали. Когда они были вместе.
Вместе.
Встряхнув головой и сменив мечтательную улыбку на лёгкую усмешку, Лина вошла на кухню, уже понимая, кого там застанет.
И не ошиблась.
За столом, раскачиваясь на стуле и попивая кофе, сидел, как ни в чём ни бывало, Кселлос.
- Доброе утро, госпожа Лина!
Волшебница покачала головой, и отодвинув стул у противоположной стороны стола, уселась на него.
- Ну, доброе, хотя я сомневаюсь, что и день будет таким. Тебя долго не было видно, Кселлос. С чем пожаловал?
Таинственный Священник, по совместительству – четвёртый по силе в мире монстр, допил кофе, ещё пару раз качнулся на стуле и на мгновение приоткрыл один глаз – коротко блеснуло аметистом и снова погасло.
- Вы не очень вежливы, госпожа Лина. С чего бы так?
Волшебница вздохнула. Старинный знакомый ни капельки не изменился – хотя как и насколько меняются монстры?
- Первое – последние сутки на меня одна за другой сыпались новости, одна другой «веселее». Второе – из прошлого опыта я знаю, что твоё появление предвещает значительные неприятности. Вывод из этого ты, думаю, и сам в состоянии сделать.
Кселлос повёл себя вполне ожидаемо. Склонив голову набок, он изобразил глубокую задумчивость – правда, короткую. Спустя пару мгновений он поднял голову и широко улыбнулся.
- Понял! Вы думаете, что я здесь замешан? Ну... пожалуй, вы правы!
Лина медленно выдохнула воздух через нос, рука сама собой сжалась в кулак. Как именно изменилось лицо, волшебница не видела, но по-видимому, довольно впечатляюще.
Явно впечатлённый сими переменами, монстр поспешно отклонился немного назад и замахал руками.
- Правда, откровенно говоря – гораздо меньше, чем вы подумали и ещё меньше, чем мог бы! Поверьте, в этот раз я совершенно искренен!
- Ну да, ну да... – недоверчиво протянула Лина. – Мы оба отлично знаем друг друга, так что давай обойдёмся без твоих обычных увёрток, а? Практикуй их на ком-нибудь другом. А мне, пожалуйста, внятно объясни, что тебе тут надо и как ты во всём этом замешан.
И, видя, что Кселлос уже открыл рот, добавила:
- А если я услышу «это секрет», то кое-кто схлопочет Рагна Блейдом по голове.
Кселлос закрыл рот. Некоторое время помолчал. Снова на мгновение приоткрыл один глаз, снова прищурился. Вздохнул. И начал рассказывать.
- Перво-наперво сообщу – к смерти Сейрунского Первосвященника я не имею никакого отношения – старик помер сам, я ему не помогал. Второе и главное – единственное, чем я влиял на ситуацию – это подвёл Мориса фон Медигана к мысли, что налаживать династические контакты надо с Севером страны. Так он склонялся к Югу и фон Далтам, а после парочки распущенных слухов и подменённой аналитической сводки направил свои взоры на Север.
Волшебница приподнялась и тихо зарычала. Фиолетововолосый монстр вздрогнул и поспешил продолжить:
- Госпожа Лина, не делайте преждевременных выводов! Дослушайте до конца!
Дождавшись, когда Лина снова усядется, Кселлос повёл рассказ дальше:
- Эникею осталось жить считанные дни, самое большее – с десяток, но больше, чем на неделю я бы не рассчитывал. Вам следует поскорее закончить все свои дела, забрать вашу ученицу и уехать из Империи. К сожалению, в ближайшие годы магия здесь уступит технологиям Внешнего Мира...
Лина зажмурилась и сжала виски ладонями. Проследить за заковыристым ходом мыслей Таинственного Священника всегда было сложно, а теперь, когда и без него голова раскалывалась от предположений и сомнений, стало вообще почти невозможно. Тихо ругнувшись, волшебница уронила руки на стол и открыла глаза.
- Кселлос, что вообще происходит?
Ответом ей были вопросительно приподнятые брови.
- Я серьёзно, Кселлос. В Сейруне ослабевает искусство храмовых дев, и медиумы предвидят ослабление беломагического поля. Здесь выходцы из Внешнего Мира лезут изо всех щелей, то же и в Ксоане. Филии снятся кошмары. А в Сайрааге возродился Флагун. По отдельности это может быть и случайностью. Но не всё же сразу!!!
Лина откинулась на спинку стула – эта короткая вспышка эмоций неожиданно вымотала её.
«Зато Кселлосу в радость» - пронеслась какая-то отстранённо-раздражённая мысль.
Впрочем, радостным Кселлос не выглядел. Улыбка пропала с его лица, меж бровей залегла складка.
- А... Значит, вы кое-что заметили. Впрочем, ещё далеко не всё. Ступайте к заместителю Ректора, госпожа Лина, мне кажется, я знаю, что именно он вам передаст.
Волшебница вскинулась во мгновенном порыве.
- Что? Если знаешь, говори! – и пристукнула кулаком по столу.
Впрочем, особого впечатления это на Кселлоса явно не произвело, и результата не дало. Монстр сотворил ещё одну чашку кофе, сделал несколько глотков и только тогда заговорил:
- Что бы я не сказал, вы мне не слишком поверите, так уж вы привыкли. Да и, пожалуй, документы, собранные заместителем Ректора, будут куда убедительнее...
Даже если он и хотел договорить – ему не дали. Лина решительно перебила его.
- Убедительнее всего на данный момент твоя хмурая рожа при полном отсутствии какого-либо намёка на улыбку. Так что колись, пока я добрая.
Встав из-за стола, волшебница локтями упёрлась об угол стола и склонилась над сидящим монстром, оказавшись с ним нос к носу. С лица её исчезло раздражение, сменившись мрачной озабоченностью.
- Ведь всё серьёзно, да?
Веки Кселлоса дрогнули, словно он собирался открыть глаза, но в последний момент передумал. Допив кофе, он заговорил – очень тихо и очень твёрдо.
- Госпожа Лина, прошу вас не тянуть – ни с разговором с заместителем Ректора, ни с отъездом, ни с обучением юной госпожи Эльны. Кстати, для визита к ней не тяните, прихватите с собой рукопись.
Услышав эти слова, Лина резко выпрямилась и отшатнулась.
- Откуда ты... А, что я спрашиваю.
Безнадёжно отмахнувшись рукой, волшебница вернулась на прежнее место за столом. Монстр тем временем продолжал:
- И с отъездом тоже не тяните. В идеале, конечно, было бы чтобы вы со спутниками покинули столицу уже к началу следующей недели, но... Обстоятельства могут быть всякими, так что – действуйте как получится.
Замолчав, он поднялся на ноги и взял в руки посох, до этого прислонённый к спинке стула. Лина тоже встала.
- Кселлос.
Монстр повернулся к ней, ожидая продолжения реплики.
- Хотя бы в двух словах – объясни. Или, хотя бы, намекни.
На сей раз Кселлос всё же открыл глаза – и Лина вздрогнула от неожиданности – хотя, в своё время, считала, что привыкла к их виду.
- В двух словах?.. Хм... Можно и попробовать. Мир меняется, госпожа Лина. Мир меняется.
- Ч... что? – волшебница встряхнула головой, окончательно уничтожая последние намёки на причёску.
- Как?..
Дальше Лина не договорила – попросту не хватило воздуха. Но по-видимому, этот вопрос был воспринят именно так, как прозвучал.
- Не очень весело, госпожа Лина. И очень неправильно. Удачи вам, и поспешите.
С этими словами Кселлос исчез.
Лина тяжело осела на стул. Её мелко трясло. Волшебница не могла припомнить, когда в последний раз ей было так страшно. Когда Шабронигдо возродился? В храме Фибриццо? В Запретных Землях,, когда из врат к ним рвался Тёмная Звезда?.. Нет, там страх был, но... он был другим.
Страх, как тогда, заставляет только крепче стискивать зубы и сжимать оружие. Сердце стучит сильнее, и слова заклятия рождаются словно из твоей души.
Страх, как сейчас, липкими пальцами скользит по спине, сдавливает грудь, мешая дышать, холодными щупальцами обвивается вокруг сердца. Он лишает присутствия духа, и решимость уходит, как вода сквозь ладони.
Кселлос не шутил, не говорил загадками. А ведь он шутил всегда, даже будучи раненым! Ей даже в какой-то момент казалось, что шутки и дурачества Кселлоса являются одним из непременных условий существования мира...
Мир пошатнулся. И Кселлос перестал шутить.
Мир пошатнулся?..
Мир меняется.. неправильно.
Что, во имя Золотой Владычицы, это должно означать?
Лина стиснула зубы. И тихо, вроде бы себе под нос, ни к кому конкретно не обращаясь, прошипела:
- Отловлю – вытрясу. Всё и немного ещё.

Придя с самой собой к некоему подобию договорённости, Лина вернулась наверх, привела волосы в порядок, накинула плащ преподавателя и повесила на плечо сумку. И медленно подошла к ничем с виду не примечательному участку оббитой деревом стены. Коснувшись тёмного сучка пальцем левой руки, правой она быстро очертила вокруг него гексаграмму и прошептала несколько слов. Прошло несколько мгновений – и в стене открылось потайное отделение. Там, завёрнутая в тонкую белую ткань, соответствующим образом зачарованную, лежала книга. Книга написанная самой Линой. Книга, являющаяся ещё одной рукописью Пречистой Библии.
Бережно взяв книгу в руки и развернув материю, Лина позволила себе на несколько секунд погрузиться в воспоминания...

Лист бумаги лежал перед нею, маня своей чистотой. Совсем скоро его покроют руны и чертежи, а пока... Волшебница обдумывала каждый абзац, каждое предложение. Решение записать свои знания пришло не неожиданно – оно вызревало долго, и пережило множество сомнений и почти-решений ничего не писать. Но на последнее решение повлияло... Знание о Рагна Блейде было подчёрпнуто из рукописи, уничтоженной потом на её глазах. Теперь должна быть создана замена – чтобы когда-нибудь кто-нибудь, кто будет нуждаться в знании, получит его. Знание о Повелителе Кошмаров.

Сущность, не поддающаяся простому пониманию и осмыслению. Тьма, что чернее черноты. Мать Тьмы. Источник Хаоса. Истинная повелительница всех богов и монстров. Золотая Властительница, Золотая Владыка. По легендам – изгнанная с небес в Океан Хаоса, но – сама являющаяся этим Океаном. Сущность, создавшая и поддерживающая существование Четырёх Миров. Сущность, сила которой способна обратить все четыре мира в ничто. Пустота в недрах Сущего. Мать всего Сущего. Повелитель Кошмаров.

Знание о магии Хаоса, и знание о магии смешения Света и Тьмы.
Стоило ли высвобождать это знание? Стоило ли выплёскивать его на бумагу? Лина до сих пор задавала себе эти вопросы. Но теперь их время подходило к концу. Как подходил, похоже, устоявшийся было порядок вещей.
Лина уложила книгу в сумку, поправила складки плаща и, спустившись по лестнице, вышла из дому.
«Толстый маг» встретил её беззаботным гомоном собравшихся за многочисленными столиками, и восхитительными ароматами, витающими в воздухе. Со вздохом облегчения Лина устроилась неподалёку от стойки и уже через десять минут наслаждалась завтраком – как всегда, обильным. Обсасывая куриное крылышко, волшебница пришла к выводу, что годы на неё если и повлияли, то не слишком сильно – в себя она пришла хоть и не столь быстро, как бывало раньше, то способ приведения нервов в порядок ей не изменил.
Закончив завтрак кружкой крепко заваренного чая, волшебница кивнула хозяину таверны, вышла на улицу и, подняв голову и прищурив глаза, против солнца посмотрела на стремящуюся к небу башню Академии. Пару секунд спустя она опустила голову, поморгала несколько раз и уверенным, ровным шагом направилась вперёд, не слишком задумываясь о том, чтобы следить за дорогой – улица, не сворачивая, вела к боковым воротам Академии.
Боковые ворота, в отличие от главных, парадных, не охранялись – в том смысле, что явную охрану около них не заметил бы никто, ибо её на самом деле и не было. Впрочем, в ней не было никакой необходимости, кроме как обычной показухи – вот, дескать, смотрите какие мы важные и состоятельные! И потому парочки регулярно сменяющих друг друга бездельников постоянно торчали около главных ворот, а ворота боковые, предназначенные для живущих в городе преподавателей и студиозусов, охранялись менее эффектно и куда более эффективно – магией.
Лина миновала ворота, не задерживаясь – только скользнула взглядом по установленным на столбах ворот статуям химер – крылатых кошек. Теоретически, при незаконном проникновении они должны были оживать и атаковать нарушителя, а на практике... Шабронигдо их знает. А она теперь, похоже, и не узнает. А жаль – интересно было бы посмотреть.
Занятая подобными мыслями, волшебница вошла в Башню – главное здание Академии и направилась к лестнице. Вообще-то, наверх подняться можно было и другими способами: простой левитацией или своей магией активировав платформы, скользящие вверх-вниз по специально проложенным колодцам со стенами из отполированного камня, но сейчас Лина хотела сэкономить столько сил, сколько возможно, а по дороге – ещё раз перебрать мысленно всё случившееся за прошедшую половину суток, начиная с получения писем и заканчивая визитом Кселлоса.
Сейчас первый шок от явления прежде неунывающего монстра мрачным и встревоженным прошёл, и к волшебнице вернулась способность рассуждать трезво. И порассуждав таким образом по дороге, Лина пришла к единственному, хоть и банальному донельзя плану действий – плану, принятому вчера на семейном совете с временными коррективами Кселлоса. Получить у Заместителя пресловутые бумаги, убедить Эльну присоединиться к ним и спешно отбывать в направлении Сейруна.
И надеяться, что не возникнет никаких дополнительных сюрпризов.
Хотя вряд ли Его Величество Случай будет столь благосклонен к ним...
Лина вышла на площадку, ведущую на административный этаж и на мгновение замерла перед зеркалом. Не преминув мысленно обругать себя за столь напряжённое внимание к собственному внешнему виду, она всё же оглядела себя в последний раз и толкнула дверь, отделяющую лестницу от холла.
Заместитель Ректора, Астен Руагарди, был первым существом, попавшимся ей на глаза. Вторым – то есть второй – была его же секретарша, с которой господин Заместитель как раз беседовал. Увидев Лину, он коротко кивнул ей, что-то быстро сказал секретарше и вышел навстречу волшебнице.
- Доброе утро, госпожа Лина! Позвольте пригласить вас на чашечку чая. Мне недавно прислали новый редкий сорт из Кунана – тамошнему народу никакие революции не отобьют любви к этому поистине замечательному напитку!
Высокий, хоть и немного ниже Гаури, и худощавый несмотря на не слишком подвижный образ жизни, Астен производил благоприятное впечатление. И насколько знала волшебница, это впечатление полностью оправдывал честностью и достаточно твёрдыми принципами.
- Благодарю за приглашение, господин Руагарди, и с радостью принимаю его, - с лёгкой улыбкой кивнула Лина, сразу поняв смысл приглашения – Заместитель хотел переговорить с нею с глазу на глаз, подальше от возможных любопытствующих.
Раскланявшись, маги неспешным прогулочным шагом направились по коридору направо, к кабинетам Ректора и его Заместителя.
- Что слышно новенького в мире, госпожа Лина? И как ваши ученики?
Волшебница нервно передёрнула плечами. Намеренно или нет, но Астен умудрился затронуть два самых волнующих её вопроса.
- Что-то не так?.. – Дураком Заместитель Ректора не был, на таких постов дураков просто не бывает...
Прищурив глаза, он посмотрел на собеседницу чуть пристальнее.
- Смею предположить, что о визите в столицу супружеской четы ке Лаальне вам уже известно... – скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс он.
Лина коротко кивнула и в свою очередь пристально посмотрела в глаза старшему волшебнику. Тот мягко улыбнулся в ответ.
- Не беспокойтесь, госпожа Лина. Его Величество ещё до вашего прибытия в Империю выразился по этому вопросу более чем ясно: «Знатных девиц в Империи более чем достаточно, а по настоящему талантливых и сильных магов вечно не хватает». Так что не тревожьтесь – вашей любимой ученице ничего не угрожает...
Лина только покачала головой. До двери в кабинет осталось ещё с десяток метров – это примерно одна реплика подлиннее или две покороче...
- Меня волнует больше то, что её родителям вообще пришла в головы такая мысль – поломать ей жизнь и заканчивающуюся учёбу ради кота в мешке.
Астен пожал плечами и открыл дверь.
- Интересная точка зрения. Мне как-то не пришло в голову посмотреть на ситуацию под таким углом. Проходите, госпожа Лина.
Волшебница, не говоря ни слова, прошла в залитое утренним солнцем помещение, и Заместитель прошёл следом за ней. Закрыв дверь, он пробормотал несколько слов и опустил изрисованный рунами засов.
- Теперь нам никто не помешает обсудить наши дела. Начиная с того, что мне поручили, и заканчивая тем, что мы уже начали обсуждать.
Повернувшись, он немного смущённо улыбнулся:
- Видите ли, в политике и интригах я полный профан. Потому и сижу на должности Заместителя. Ну да ладно, сие есть не суть важно.
- Верно. – Лина кивнула и, дождавшись разрешения, уселась в ближайшее кресло. – Начнём с того, что нам обоим поручили. Откровенно говоря, я не представляю, что вы мне передадите, хотя... с высокой степени уверенности могу предположить, что содержание этих бумаг меня не обрадует.
Астен возился с чайником, засыпая в него чайные листья, заливая кипяток и накрывая его полотенцем. Закончив с этим делом, он поставил чайник на поднос, туда же – две чашки и сахарницу, а сам поднос пролевитировал на журнальный столик рядом с креслом Лины. Устроившись в соседнем кресле, он вздохнул и покачал головой.
- Боюсь, госпожа Лина, это содержимое приведёт вас в ужас... Не спешите спорить, прошу вас, выслушайте. Я знаю, что немногие из живущих могут сравниться с вами в том, что пережили, и большая часть из них – ваши же друзья и спутники. Просто... есть страх, и есть страх.
Сердце волшебницы пропустило удар. Судорожно вздохнув, она стиснула кулаки – и видимо, не удержала на лице спокойствие. Астен внимательно посмотрел на неё и осторожно спросил:
- Что-то не так?
Лина опустила веки.
- Да. Не так. Не спрашивайте, что именно и как именно – это касается очень узкого круга...
- Ваших друзей...
Закончил за неё Астен. В комнату проникло молчание, накрыв магов своим совиным крылом. Несколько секунд оба молчали, а потом Заместитель заговорил:
- Знаете, госпожа Лина, я в молодости временами отчаянно вам завидовал. Вашей свободе. Вашей – пусть и жутковатой – славе. Вашему поистине невероятному кругу знакомств. А теперь... Теперь, сейчас мне кажется, что завидовать вам может только совершенно сумасшедший – потому что только абсолютный безумец может завидовать идущему в огонь без защиты. Даже не в огонь, а... Я даже представить себе не могу.
Заместитель поёжился, словно в комнате было холодно. Лина улыбнулась – горько и невесело.
- Откровенность за откровенность, Астен. Десять лет я жила здесь, и десять лет покой академии мне нравился. Я была довольна своей жизнью – я думала, что была довольна. А вчера я поняла – что покой не для меня. И за покой мне предстоит расплатиться. Так или иначе – но придётся. Вчера мне пришло сразу несколько писем – и большей частью тревожные. А утром мне нанёс визит один старый знакомый. И только усилил мои тревоги. Не словами – поведением. И причём так, что вряд ли что-нибудь ещё поразит меня ещё сильнее.
Астен покачал головой и тихо проговорил:
- Даже известие о появлении тенденции к вырождению магов?
- Вырождению?
Лина замерла. Услышанное отказывалось укладываться в голове, звоном ударов пульса колотилось в виски и отдавалось болью в затылке. Стало очень-очень пусто и очень-очень холодно.

«...мне кажется, я знаю, что именно он вам передаст».

- Это... полностью достоверно?
Язык повиновался ей с трудом, но всё же волшебница смогла вытолкнуть из себя непослушные слова. Уже зная, что задала бессмысленный вопрос. Иначе Император и не приказал бы ей взять эти документы, а Кселлос не упомянул бы о них.
- Увы нам всем, достоверно. – Астен, встрепенувшись, взялся за чайник и разлил чай.
- Мы даже просмотрели данные за более ранние года, и пересчитали всё за последние пятьдесят лет. К сожалению, наши опасения подтвердились. Магия действительно слабеет в нас.
Лина сцепилась в чашку как утопающий в соломинку, изо всех сил обхватив её ладонями, волшебница надеялась хоть немного растопить ледяную пустоту, разинувшую пасть в её груди. И каким-то чувством, куда более глубоким, нежели шестое, понимала – эту пустоту не растопить и не заполнить ничем. Ничем, кроме...
А Заместитель продолжал свой невесёлый рассказ:
- Всё началось около тридцати лет назад. Двадцать пять лет назад было впервые отмечено в записях уменьшение конкурса на одно место. Тогда этому не придали значения, думали – просто народ чрезмерно увлёкся перспективами, открывшимися после падения Барьера. А потом... Началось медленное, но падение уровня силы студиозусов. Семь лет назад началось отмечаться падение потенциала. Причём не у всех, а у самых сильных! У вашей особой группы сейчас рекордный уровень для Академии, а сто лет назад они были бы одними из многих! Да, среди них есть и ваша любимица Эльна, но! В младших группах нет никого, кто мог бы хоть немного приблизиться к ней. Нет подобных ей и в магических учебных заведениях других государств... И причин этому я не вижу. Да, возможно так сказалось на нас падение Барьера, и избыток магии, накопившийся на Полуострове, просто-напросто рассеялся по бедным волшебством Внешним Землям... Но лично я в это не верю. Что-то в нашем мире пошло не так. Что-то пошло не так.
Астен опустил голову и погрузился в молчание, мелкими глотками потягивая чай. Лина уже успела почти опустошить чашку – чай оказался действительно замечательным, не хуже чем у Филии. От драконицы мысли унеслись к её словам о причинах развития магии на Полуострове, от них – к сегодняшним словам Кселлоса.

«Мир меняется. Не очень весело, госпожа Лина. И очень неправильно».

- Я знаю.
Астен поднял голову и посмотрел на волшебницу долгим, пристальным взглядом.
Лина ответила ему своим – спокойным, немного грустным, и совсем чуть-чуть – отстранённым.
Вздохнув, маг поднялся на ноги и подошёл к шкафу. Немного порывшись там, он повернулся, держа в руках большой, объёмистый тубус для свитков.
- Вот, здесь – всё. Списки учащихся со всеми пометками, комментариями и выводами. В сжатой форме, но для человека вашего уровня понять будет несложно.
Лина приняла тубус и уложила его в сумку, даже не попытавшись заглянуть или осмотреть печати. Астен продолжал:
- Теперь – о вашей ученице. Если вы не разыгрывали неприкрытое беспокойство – то мне хотелось бы знать подробности. Возможно, что-то можно сделать на моём уровне, или на уровне Императора...
Лина резко оборвала его. Сил сдерживаться у неё почти не осталось.
- Императору осталось жить не более недели. Крайний срок – десять дней. Мне рекомендовано забрать Эльну и в кратчайшие сроки покинуть Столицу, и потом и Империю.
Астен замер. Казалось, он даже перестал дышать, потрясённый откровением. Несколько секунд он оглядывал волшебницу, словно ища на её лице признаки несерьёзности. Искал – и, не найдя, медленно откинулся в кресле, тяжело дыша.
- Госпожа Лина...
Волшебница покачала головой.
- Извините, но раскрыть источник информации я не могу. Уговора, вообще-то, не было, но некоторые вещи понятны и без обсуждения.
Астен отрицательно покачал головой:
- Вообще-то, я хотел спросить другое...
Лина на мгновение смешалась, не понимая, в чём дело, а потом грустно вздохнула.
- Увы, сведения достоверны, я уверена. С такой мрачной физиономией ОН не врёт.
Маг промолчал. Нахохлившись, он некоторое время сидел, обдумывая что-то, а потом встал, перешёл за стол, придвинул к себе письменный набор и начал что-то быстро писать на белом листе бумаги. Лина напрядено следила за ним, машинально поглаживая кончиками пальцев Талисманы Крови.
- Тогда, думаю, это вам пригодится. Конечно, Его Величество, думаю, снабдил вас подорожной на случай чрезвычайного положения, но... Пропуск в Хранилище Артефактов и разрешения на изъятие одного их них вам не помешает. Конечно, опыт у нас с вами разный, и образ жизни тоже, но всё же порекомендовал бы вам обратить внимание на усилители магии. У вас, как я знаю, есть такие, неплохо было бы присмотреть что-нибудь подобное и вашей ученице – вы ведь на покой удаляться не намерены, так?
Он поднялся, с улыбкой протягивая волшебнице свеженаписанное разрешение, заверенное личной печатью. И вся напряжённость, всё недоверие – ушли из души волшебницы, развеялись, как туман под лучами солнца.
- Спасибо, Астен...
Она и понять не успела, как назвала Заместителя просто по имени, как называла самых близких друзей. Она поднялась и приняла лист, и не глядя, аккуратно свернула его.
- Не за что, Лина. Это ведь для Эльны – а значит – для будущего. В Хранилище эти артефакты бы только пылились – или достались бы какому-нибудь ничтожеству. А девочке они возможно сослужат хорошую службу. Вы хорошо её воспитали – она вас не предаст, я уверен. Она уйдёт с вами.
Астен улыбался светло и радостно, но за этой радостью крылась грусть.
- Спасибо, Астен. – Лина чувствовала, что у неё вот-вот задрожит голос. – У тебя и в самом деле замечательный чай.
- Спасибо за комплимент, Лина... Уходишь?
- Да.
Простой вопрос, простой, короткий ответ. И нет непонимания, и нет недосказанности – только два человека, уходящие по расходящимся в разные стороны дорогам.
Астен сглотнул неожиданно подступивший к горлу комок – и следующие слова словно... разбили что-то глубоко в его душе:
- Знаете, мне вас жаль, госпожа Лина. Я считал себя храбрым человеком, но я рад, что мой путь лежит в стороне от вашего. Ибо мне страшно даже подумать, куда он ведёт.
Лина подняла взгляд – и глаза в глаза с другом, дружба с которым пришла слишком поздно, произнесла. Тихо, почти безжизненно:
- В Золотой Океан Хаоса.
Астен вздрогнул, побледнел, открыл рот...
- Лина...
Лина покачала головой, с мягкой улыбкой глядя на него. И маг осёкся, ощутив внезапно, что вдруг, неожиданно для себя, соприкоснулся с чем-то большим, чем он мог себе вообразить. Алыми глазами легендарной волшебницы на него смотрела Вечность.
- Не надо. Не спрашивай, не проси разъяснить, Астен. Ты не поймёшь. Ты хороший человек, в отличие от меня. Золотая Владычица много лет назад отчего-то посчитала меня чистой душой, но я-то знаю, сколько уничтоженных городов и деревень было на моём счету. Просто так легли карты, так сошлась судьба, и мне пришлось принимать решения. И сражаться за пределами человеческих сил. Так уж повелось – я работаю на различных людей за большие деньги, и забесплатно спасаю мир. Десять лет я работала за очень неплохие денежки, и, похоже, пора мне отрабатывать эти десять лет.
Астен еле дышал, слушая её, руки его мелко подрагивали, но когда в речи волшебницы наметилась пауза, он всё же решился.
- Лина, что я ещё могу сделать?..
Волшебница замолчала – и ещё раз, ещё пристальнее вгляделась в его глаза.
Решимость – отчаянная решимость.
Так делают выбор. Такие глаза были у Гаури и Зелгадисса, когда они принимали решение сразиться с Шабронигдо.
Что можно сказать таким глазам? Таким глазам, смотрящим на тебя с лица друга?
Правду.
- Я не знаю, Астен. Пока не знаю. Пока – могу посоветовать уехать из Империи, как и я. Амелии и Зелу я про тебя расскажу, а сестре напишу. А дальше... Если повезёт – то встретимся завтра и обговорим всё поподробнее. А нет – пиши на моё имя в Сейрун.
Астен помолчал немного. И улыбнулся. Слабо, не слишком весело – но светло и искренне.
- Хорошо. Откровенно говоря, я подумал об отъезде ещё вчера, когда... Когда его Величество сказал мне о смерти Их Высочеств.
Лина кивнула, улыбаясь в ответ. Бесчестно было улыбаться, говоря о гибели людей, ничего плохого им не сделавших, но она не могла не улыбаться, осознав, что она и её старые друзья – не одни в этом мире.
- И ещё один совет – прими его серьёзно.
Астен кивнул, насторожившись.
- Если тебе на пути попадётся странный тип в одежде священника с фиолетовыми волосами и зажмуренными глазами – относись к его словам серьёзно, а к его глупым выходкам – философски. Как я успела убедиться, переделать его невозможно. Но, - Лина посерьёзнела, - если он покажется тебе встревоженным – это верный признак того, что дело худо.
Астен выслушал волшебницу, слегка нахмурившись, а потом неожиданно прищёлкнул пальцами.
- Позволь догадаться. Это он был у тебя утром.
Лина только кивнула.
- Если всё же решишь присоединиться к нашей компании – познакомишься и прочувствуешь, что он такое...
Договорить ей Астен не дал.
- Уже решил.
- Спасибо, Астен. Спасибо – за возвращение веры.
И, увидев его вопросительный взгляд, добавила:
- Веры в людей.
Они не прощались – просто кивнули друг другу. Дороги, разошедшиеся было, дрогнули – и начали снова сходиться.

Из центральной башни Лина вышла успокоенная, невзирая на все тревоги последних суток, невзирая на мрачные краски, рисующие грядущее. Всё же, какое огромное порой значение играют, казалось бы, сущие мелочи!.. Всего лишь один человек, поверивший и присоединившийся – и оскал неизвестного тускнеет и отступает.
Ученическое общежитие скрывалось за центральной башней, утопая в зелени почувствовавших весну деревьев. Утро выходного для здание встречало многоголосым гомоном, мелькающими в окнах лицами – и изредка вспышками заклятий, которые некоторые личности, наплевав на запреты, тренировали в неприспособленном для этом помещении. Эта картина немного подняла настроение Лине, самой в своё время баловавшейся подобным образом. Ох, попадало ей тогда... И этим ребятам попадёт... если, конечно, она занесёт их выходки в журнал... чего она, разумеется, не сделает.
Усмехнувшись, она вошла под своды общежития.
Незапланированное явление грозы Ректора не прошло незамеченным – по залам и коридорам резвым весенним ветром пробежали шепотки, из окна в окно полетели левитируемые записки, из разных концов здания навстречу волшебнице понеслись члены «особой группы». Эльна, живущая в одном из дальних закоулков, присоединилась к ним за один поворот до того, как команда вылетела на лестничную площадку и прыснула во все стороны, дабы не сбить Лину с ног – точнее – чтобы не нарваться на что-нибудь малоприятное, которое способна учинить на условных рефлексах ДажеДра.
Сама Лина замерла, едва подавив порыв создать щит и взлететь. С лёгкой укоризной покачивая головой, она оглядела своих учеников. Отличные ребята, просто отличные. Впервые за десять лет такая команда подобралась. Жаль, что по-видимому, ей не удастся их доучить...
Наверное, что-то изменилось на её лице, потому что «особая группа», пятеро парней и две девушки, настороженно переглянулись и напряглись, явно что-то заподозрив. Ещё пара переглядываний – и они выдвинули парламентёра.
- Госпожа Лина, что-то стряслось?
Эльна была внешне спокойна и расслаблена, только глаза её похолодели и приобрели цвет стали. Лина мысленно кивнула и заговорила:
- Пока ничего, но это только пока... Так! Всем спокойно. Идёмте-ка на улицу, там поговорим.
Волшебница отдавала себе отчёт, что такое явление вызовет пересуды, и рано или поздно они доберутся до заинтересованных ушей. Но это рано или поздно... А они переговорят сейчас. В сопровождении учеников Лина вышла из здания и свернула к ближайшему пятачку зелени – зарослям сирени, окружённым несколькими скамейками. Летом в этих зарослях распевали соловьи... А сейчас особая группа мгновенно рассредоточилась, обежав и облетев кусты и убедившись, что вокруг нет никого, кто бы мог подслушать разговор. В том, что разговор этот будет важным, никто не сомневался. Вернувшись из осмотра и сгруппировавшись вокруг наставницы, все приготовились слушать.
Лина открыла рот... И закрыла его. Редко случались моменты, когда ей не хватало слов. И сейчас наступил именно такой. Она шла на разговор, зная, что именно ей предстоит сказать – и сейчас выговорить это не было сил. И было стыдно. Стыдно посмотреть этим ребятам в глаза – и сказать, что покидает их...
Молчание вновь нарушила Эльна:
- Госпожа Лина, что стряслось?
Рыжеволосая волшебница вздохнула. И опустила глаза.
- В течение недели я, наверное, уеду. В Сейрун. Навсегда.
На группу пал шок. Все мгновенно замерли, словно играли в детскую игру.
- Простите меня, но боюсь, ничего тут поделать нельзя. Последние заклятия вам придётся осваивать без меня. Экзамены вам придётся сдавать – тоже... И простите меня ещё раз, но с собой я зову только Эльну. Вам, в отличие от неё, ничего не грозит... а вот ей...
Волшебница покачала головой и посмотрела на лучшую ученицу, подбирая слова. Но этого не потребовалось – Эльна сама заговорила.
- О, Цефеид... – девушка вздохнула, и, закрыв глаза, помассировала веки. – Во что влезли мои родители?
Лина криво усмехнулась.
- Ни во что такого, что грозило бы вашей семье неприятностями. Просто они намерены забрать тебя из Академии и выдать замуж.
- ЧТО???
Возмущённый рёв вырвался из шести глоток разом. Эльна только вздрогнула и резко вздохнула. Глаза её потемнели от ярости. Девушка втугую стиснула губы – чтобы не сказать сгоряча чего-нибудь такого, о чём будет впоследствии жалеть.
Первым пришёл в себя Эрик – самый старший в группе по возрасту и самый невозмутимый.
- Госпожа Лина, позвольте заметить... Его Величество уже давно высказался...
Лина резко оборвала его:
- Его Величеству осталось жить не более недели – я встречалась с ним вчера и говорила с ним. – Тут волшебница немного поиграла словами – но и не врала. Что ж, общение с Кселлосом всё же кое-чему научило некогда прямолинейную чародейку. Набрав в грудь побольше воздуха, она продолжила:
- А кронпринц Дени и принц Руис погибли накануне. Наследник – Морис фон Медиган. И его сыновья – Леон и Пьер. Сразу говорю – последнего не трогать. Обходить стороной, как чумного! Все слышали и поняли?
Мрачно переглянувшись и не скрывая недовольства внезапным миролюбием наставницы, группа покивала головами. В данном контексте не сообразить, за кого именно прочат их подругу, было невозможно – по крайней мере, для них.
Посмотрев им в глаза, Лина удовлетворённо кивнула.
- Я изложила Его Величеству свой взгляд на ситуацию, и он ко мне прислушался... – в группе пронеслось несколько смешков, но волшебница пропустила мимо ушей эту демонстрацию иронии, и, устремив пристальный взгляд на любимую ученицу, заговорила:
- Эльна, ты свободна от политических игрищ. Сейчас я даю тебе время подумать над будущим... Конечно, родители тебя не очень хорошо понимают, но всё же – по-своему они тебя любят. Империя – твоя родина. Но – всё я зову тебя с собой. Быть моей личной ученицей – не самая плохая рекомендация жизни, хоть и не лучшая, признаю сей факт.
Эльна кивнула и, опустив голову и обхватив себя руками, задумалась.
И едва ли не главным вопросом, который она себе задавала, был «что мне НЕ сказала госпожа Лина?».
Рыжеволосая волшебница тем временем продолжала свой рассказ.
- Император поговорит с братом, и Пьера женят на девице из рода фон Далт, а Морис станет следующим Императором – и продолжит ведомую им сейчас политику сближения с Внешними Землями и уменьшения влияния магии. Не знаю, чего он этим добивается, но в любом случае...
Лина пристукнула кулаком по ладони.
- Вы должны окончить Академию с блеском и получить плащи! Очень может быть, что ваша помощь пригодится вашей стране. И станет решающей в грядущем...
Юноши и девушки, вскинувшиеся было, задавили все готовые вырваться слова, осмысливая сказанное. Переглядываясь, они понимали – легендарная волшебница, учившая их все эти годы, сейчас приподнимает завесу над какой-то мрачной и пугающей тайной. Тайной, скрывающейся в будущем.
- Госпожа Лина...
Та только покачала головой.
- Нет, ребята. Пока я сама ничего не знаю. Только то, что грядущее нам готовит не самое спокойное и мирное времяпрепровождение. Так что повторяю – получайте плащи и не позволяйте себе расслабляться. Когда придёт осень – пишите в Сейрун. Возможно, к этому времени я что-нибудь успею узнать. Или отлавливайте Астена Руагарди, я пообещала ему держать его в курсе.
- Хорошо, госпожа Лина. – Роль переговорщика вместо ещё не вышедшей из задумчивости Эльны принял на себя Айвен. – А что нам делать, когда получим плащи? Ехать к вам или оставаться здесь?..
Все насторожились – Айвен умел задавать неожиданные вопросы, но сейчас он переплюнул сам себя. Все ждали.
Лина покачала головой.
- Это решать вам и только вам. За что выступает Морис фон Медиган – повторяться не буду. Если он не сохранит чувство меры – вам придётся отстаивать своё право быть здесь и делать своё дело.
- Понятно... – пробормотал Эрик, нахмурив брови. - Весело нам будет, ребята. И тошно.
Диана собиралась что-то добавить, когда...
Густой, протяжный звон пронёсся над Столицей, накрыв её всю, от края до края. Звон Колокола Перемен Владык. Знак смерти Императора.
Все вздрогнули и устремили взоры к Чёрной Башне, с вершины которой Колокол продолжал изливать горестный перезвон на замерший в молчании город.
- Вот так...
Лина оглядела учеников.
- Похоже, наше время истекло. Не знаю, что ещё сказать... По поводу заклятий Дайнаста – обращайтесь к Наге Белой Змее, со льдом она обращается отлично. Теперь – в самом деле истекло. Ребята, живите по совести. Будьте честны сами собой. Я верю в вас. И... я могу верить?..
Лина подняла вопросительный взгляд – и получила в ответ шесть возмущённых и один напряжённо-ожидающий.
- Обижаете, госпожа Лина!.. – раздался хор возмущённых голосов. – Будто не вы нас учили!
- Спасибо, ребята. Я вас люблю. И горжусь сами...
Эрик, Диана, Луис, Айвен, Патрик, Даниэль – все шестеро по очереди обняли волшебницу. Затем Эльну. И побежали обратно в общежитие. Эльна осталась с учительницей наедине.
- Вы... забираете меня?
Лина покачала головой.
- Иного выхода я не вижу. Точнее – выбор есть, но...
Эльна перёбила её.
- Это не выбор, госпожа Лина! Это – не выбор! Я маг, а не пешка в политических играх и тем более не племенная кобыла...
Лицо девушки исказила неподдельная ярость. Всё пламя, вся сталь, доселе скрывающиеся под маской жизнерадостности и уверенной радости – мгновенно вырвались наружу. Эльна ке Лаальне впервые на памяти Лины находилась на грани бешенства. Рыжеволосая волшебница встретила эту вспышку улыбкой Бандитоубийцы.
- Ты со мной?
Алый взгляд пересёкся со стальным.
- Да!
Лина развернулась и стремительным шагом направилась обратно к центральной башне. Эльна поспешила следом.
- Куда мы сейчас идём?
Лина отозвалась, не поворачивая головы:
- В Хранилище. Чтобы освоить кое-какие новые заклинания, тебе потребуются амулеты – усилители магии.
- Амулеты?.. – Эльна даже притормозила на секунду от изумления. – Но ведь... вы говорили, что я способна на Драгон Слейв...
Лина резко остановилась и обернулась. Приложила указательный палец к губам. И тихо спросила:
- А кто тебе сказал, что Драгон Слейв – самое сильное заклинание в мире?
Эльна замерла. Закрыла глаза. Снова открыла их, и со всех ног помчалась догонять успевшую вернуться на прежний курс и ушедшую вперёд Лину.

@темы: Фанфикшн

   

Рубаки

главная